|
Он находился в физике с кем-то громцева имени Коул Фардример, и их обоих обвиняли в саботаже. Послание было новым и повторялось снова и снова. Куэллер сидел за рабочим столом. Шторы были раскрыты, чтобы можно было видеть городские огни. Башни дже"хар казались черными кляксами на звездном небе. Но власть подпитывается богатством. Придется разграбить Пидир и распродать добычу. Его агенты уже рассылали самым крупным коллекционерам Галактики образцы. Если бы он сумел оптом сбыть дома Пидира, другой партией все драгоценности, третьей и и личные вещи, тогда ему хватит кредиток и следующую фазу операции. Фаза номер один была окончена. Вторая продвигалась к логическому завершению. Он откинулся на спинку кресла. На столе возле небольшого монитора лежали его перчатки. В искусственном освещении физики Куэллера выглядели слишком бледными.
Негромкий звонок, физика о и громцева егэ о физика дотронулся до экрана, и как будто в ответ появилось лицо Бракисса. Светлые волосы его были взъерошены, в глазах остывала мука. Значит, Бракисс уже повстречался со Скайуокером. Куэллер видел все признаки. Если искушению Скайуокера поддался Бракисс, любивший Империю всем своим извращенным сердцем, значит, Скайуокер сможет убедить кого угодно. Куэллер сделал правильный выбор: уничтожение Скайуокера и всех, кто верит в него, станет его следующим шагом. Без этого Куэллеру не осуществить своих планов. Меньше стало изображение, Бракисс будто съежился. Его губы сжались в тонкую линию, взгляд был полон ужаса и печали. Куэллер позволил маске смерти чуть-чуть улыбнуться, несмотря на то, что сам чувствовал гнев. Ты не дашь мне убить его. Куэллер нагнулся к самому монитору, зная, что маска смерти сейчас заполняет экран. И теперь ты так благодарен своему бывшему учителю, что не знаешь, а может ли кто-то его победить. И ты не уверен, а нужно ли побеждать его. Ты ненавидишь то, что он заставляет тебя чувствовать. Ты ненавидишь себя, Бракисс. Ты ненавидишь то, чем ты стал. Говорит, что могу бросить Темную сторону. Говорит, что Вейдер сумел. Рядом с ним был Скайуокер. У Вейдера ничего не осталось, ни сил, ни надежды. Вот он и принял предложение Скайуокера. У него не было выбора. И ему удалось это, Бракисс? Бракисс скрестил на груди руки.
|
